Вообразите, как выходит на сцену обычный человек — не герой в хрестоматийном понимании, а просто парень из Смоленска или Тамбова. Именно так, без пафоса и прикрас, Твардовский начинает знакомить нас с Василием Тёркиным. Поэт отбрасывает стереотип о солдате-богатыре из лубочной картинки и показывает человека, чья сила — в потрясающей человечности и житейской смекалке.
Поначалу Тёркин кажется почти мифической фигурой, «святым и грешным русским чудо-человеком». Но эта сказочная оболочка нужна, чтобы сразу подчеркнуть масштаб личности, а дальше автор методично его «очеловечивает». Мы видим его в быту: на привале за щами, в бане, в разговоре со смертью на болоте. Он балагур и гармонист, мастеровой и философ. Он не читает проповедей — он просто живет и воюет, и в этой естественности его главная правда.
Важно отметить, как устроен этот характер. Он складывается из отдельных глав-эпизодов, как мозаика. В «Переправе» Тёркин проявляет отчаянную храбрость и находчивость, спасаясь в ледяной воде. В главе «Два солдата» он предстает как умелый бывалый воин, способный и починить пилу, и дать дельный совет. А в «Смерти и воине» раскрывается его глубокий внутренний мир, его диалог со смертью — это уже не просто боец, а человек, осмысляющий жизнь и долг на пределе своих сил. Эта нелинейная структура позволяет показать многогранность образа.
Ключевой прием Твардовского — его речь. Тёркин говорит живым, народным языком, полным поговорок, шуток, соленого солдатского юмора. Он не ораторствует, а беседует с такими же, как он, бойцами. Эта стихия народной речи и есть та среда, в которой он существует и которую защищает. Его образ — собирательный, но при этом удивительно конкретный. Каждый читатель или слушатель поэмы на фронте мог узнать в нем себя или своего товарища.
Споров вокруг Тёркина было немало. Кто-то из критиков упрекал автора в том, что герой слишком «негероичен», что в нем нет должного пафоса. Но именно в этой демонстративной простоте и была гениальность замысла. Твардовский, что называется, «вывернул наизнанку» традицию изображения солдата: его сила — в отсутствии позы, в органичном единстве быта и подвига, смеха и боли. Он не совершает чего-то невероятного в вакууме — он каждый день делает то, что должно, и этим страшен врагу.
В итоге образ Василия Тёркина перерос рамки конкретного персонажа. Он стал тем самым «обычным героем», в котором миллионы людей узнали себя. Его создание — это отказ от монументальности в пользу правды, от лозунга в пользу шутки, от бронзы в пользу плоти и крови. Он создавался не как памятник, а как портрет, и в этом его непреходящая сила и обаяние.