Представьте человека, который в 30 лет объехал полмира, лечил больных с раннего утра, писал рассказы по ночам и при этом умудрялся шутить так, что даже полицейскому подсунул соленый арбуз под видом бомбы. Это Антон Павлович Чехов — и его жизнь куда интереснее, чем кажется из школьных учебников.
Дед писателя выкупил всю семью из крепостных, кроме дочери
Егор Михайлович Чехов, дед Антона Павловича, был крепостным крестьянином. В 1842 году он смог выкупить на волю себя и почти всю семью — но денег не хватило на выкуп дочери Александры. Это потрясающий пример того, как одна семья за поколение прошла путь от крепостничества к тому, что её потомок стал одним из величайших русских писателей.
Чехов получал гонорар мебелью
Деньги — это слишком банально для юмористического журнала «Будильник». Редакция рассчиталась с молодым автором предметами интерьера, и Чехову пришлось принять такую форму оплаты. Впрочем, в начале карьеры ему приходилось зарабатывать любыми способами: около пяти лет он даже писал книги для других авторов за деньги — настоящий литературный негр. За годы учебы Антон подрабатывал репетитором и строчил краткие юморески для журналов, чтобы прокормить себя.
Детство будущего классика было похоже на каторгу
С пяти утра до одиннадцати вечера маленький Антоша работал с братьями в лавке отца. Павел Егорович Чехов был истовым христианином и создал церковный хор, куда насильно загнал всех пятерых сыновей — Антон Павлович чувствовал себя там маленьким каторжником. Между работой в лавке, учёбой в гимназии и пением в хоре отец заставлял его изучать ещё и портняжное ремесло. Чехов даже сшил своему щеголеватому брату Николаю серые гимназические штаны, причём такие узкие, что их прозвали макаронами. Неудивительно, что позже писатель говорил: детство нужно выдавливать из себя по капле.
Писатель отказался от дворянства и остался медицинским чиновником
Чехову был пожалован потомственный дворянский титул, но он его просто не принял — Высочайший указ так и остался без внимания и последствий. Для биографов этот факт долго оставался неизвестным. Поскольку в России нельзя было жить совсем без чина, Антон Павлович официально числился «отставным сверхштатным младшим медицинским чиновником». Это при том, что он принимал больных с пяти утра в организованном им врачебном пункте в Мелихове, работал санитарным врачом во время эпидемии холеры 1892 года и при этом отказался от жалованья. Видимо, свобода от титулов была для него важнее, чем место в табели о рангах — недаром Горький называл его единственным по-настоящему свободным человеком.